Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода»






НазваниеПрограмма : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода»
страница8/9
Дата публикации09.02.2017
Размер1.1 Mb.
ТипПрограмма
l.120-bal.ru > История > Программа
1   2   3   4   5   6   7   8   9

Р. Гункин (Институт Европы РАН). Я хотел несколько дополнить общую картину. Я являюсь специалистом по социологии современных религиозных движений и организаций. И у меня благоприятный прогноз по развитию российско-украинских отношений. На примере религиозной сферы я вижу обмен политическими идеями и кроме того те конфликты, которые являются двигателями прогресса, продвигают вперед общественные отношения в нашей стране. Протестанты в нашей стране – баптисты, адвентисты, пятидесятники и.т.д. Большинство из этих церквей были основаны не американцами, но выходцами из Украины. И большинство пасторов этих церквей – это украинцы. Протестанты являются носителями демократических ценностей, личной ответственности. Протестанты чувствуют, что настоящая политическая и общественная жизнь существует именно в Украине, а в России она отсутствует. Протестантские церкви на Украине без оглядки участвовали в политической жизни, многие церкви раскалывались из-за того, что одни считали Тимошенко и Ющенко почти божествами и сравнивали их пророками, которые победили Якуковича, другие поддерживали Черновецкого, обещавшего церквям холотые горы, а потом обманул. Это нормальная политическая борьба и политическая жизнь. Что касается православной церкви, то в рамках Московской патриархии существует стойкое неприятие исторически сложившегося на Украине многоконфессионального поля. Именно поэтому существует отрицание всех православных церквей, которые не входят в состав Московского патриархата.

Помимо этого у православной общественности в России складывается комплекс неполноценности. С одной стороны, критики московской патриархии не имеют общественной поддержки и общественной силы, как альтернативное православие в Украине. С другой стороны официальные православные организации имеют меньше влияние в России, чем те же самые организации в Украине. Союз православных граждан Украины входит в политические блоки, активно участвует в политической борьбе; союз же православных граждан в России – это маргиналы вокруг митрополита Кирилла. Последняя сложившаяся ситуация связана с той схемой отношения, которая характерна для отношений церкви и государства в России. Я соглашусь с точкой зрения О. В. Билого о том, что в России произошла реставрация имперской идеологии, сращивание церкви и государства, разделение религий на признанные и не признанные, дискриминация религиозных меньшинств. Такая система отношений роднит Россию с Китаем, Северной Кореей с той разницей, что у нас не расстреливают, но редко сажаю в тюрьму.
Т.С. Гузенкова. Я по поводу вопроса Олега Васильевича Виктору Алексеевичу о его должности на Украине и продолжает ли он работать в своем институте, в котором он работал. Вы знаете, это противоречит тем характеристикам, которым Вы дали украинскому обществу, наделив его демократией, а нас - милитаризмом Я, например, буду думать, если в ближайшее время господин Пироженко не будет работать у себя в институте, это будет последствием его встречи с Вами на этой научной площадке.
О.В. Билый. Я хочу уточнить. С моей точки зрения, аргументация господина Пироженко мне показалось несколько примитивной. И я не хотел, чтобы в этом зале сложился взгляд, что он представляет научное сообщество Института проблем международной безопасности. Тем более я задал вопрос, представляет ли он свою личную точку зрения и все.
М.В. Дмитриев: И я как соорганизатор конференции хочу подчеркнуть, что на этой встрече собраны специалисты, каждый из которых представляет лишь себя самого. Изначально принцип был ясен: тут нет «делегаций», никто тут не представляет своих институтов, а каждый выступает лишь от собственного имени…

Я же, со своей стороны, хотел бы сделать комментарий по поводу выступления Павла Григорьевича и по тому часто звучащему на конференции горестному мотиву, что объективный взгляд на историю, мол, всё равно не возможен, что у поляков будет своя история, у немцев – своя, и тем более у русских и украинцев – своя. Но с точки зрения всего исторического опыта это совершенно неверно. Если мы возьмем всю проблематику русско-украинских отношений, и сравнения Украины и России, у нас в Москве, в Петербурге (как и в России вообще) есть люди, которые смотрят на эту проблематику совершенно так же, как смотрят на нее украинские коллеги. И точно также я знаю, что и на Украине есть немало коллег, которые смотрят на вопросы с так называемой «российской» точки зрения. Российская точка зрения, украинская, польская – это, по правде сказать, не более, чем комфортная мифология! Но она, увы, становится своего рода инструментом обработки общественного мнения. Позиция такова: если не национальной истории быть не может, давайте конструировать национальную историю такой, какой она нужна нашему обществу, а потребности нашего общества будем понимаем определять мы, политики и интеллектуалы. Мы – интеллектуалы, политологи, историки - знаем потребности общества, и мы же их формируем.

На нашей конференции уже звучал вопрос о целостности украинской или русской истории. И ответ был такой: нынешняя потребность национального и государственного строительства и на Украине и в России диктует нам взглянуть на историю наших стран как на целостность. На что в дискуссии прозвучало возражение, что это посылка имеет априорный характер, она идеологизированная, навязывающая историкам определенную манеру видения их предмета. Это идеологическая посылка, противоречащая огромному опыту работы историков, которые показывают, что безотносительно к вашей национальной и тем более институциональной принадлежности видение истории у вас может быть абсолютно разным.

П.Г. Жовниренко. Я хотел сказать одно: на отношения Украины и России не может догматического и единого видения. Мы можем найти консенсус относительно Степана Бандеры или нет?
М.В. Дмитриев: Бесспорно можем, но не «мы» как «украинцы» или «русские». Надо признать, что спор «украинцев» и «русских» о Бандере – это бессмыслица. Есть спор Жовниренко и Дмитриева о Бандере, Иванова и Петрова о Бандере или Петлюре и т.д.. Если у них будет общее мнение, они сойдутся, если нет – то нет. Проблематика так называемых национальных конфронтаций на поприще историографии – это проблематика вымышленная, которая сейчас становится удобной, как инструмент оправдания той несвободы, на которую мы сами себя в этом случае обрекаем. В этом плане я совершенно с Вами не согласен. Но согласен, что вместо диалога государств, надо развивать диалог обществ. Это совершенно верно. Диалог обществ и историков из разных институтов и придерживающихся своих мнений (но разных вовсе не потому, что эти историки - или «украинцы» или «русские»), - этот диалог будет чрезвычайно полезным в нарастающей, но пока, слава Богу, не доминирующей в наших обществах вражде между Россией и Украиной.
Л.А. Зашкильняк. Михаил Владимирович, я с Вами соглашусь и не соглашусь. Начну с примера. Американский историк МакНил написал большую книгу о истории западной цивилизации (Risen of the West). В послесловии к ее украинскому переводу он писал, что сегодня я прекрасно понимаю, почему и как я написал историю Запада. Мое рідне оточення, моя державна приналежність, мое вихованне, моя культура - усе це рухало моїм пером. Справа в тому, що крім культурної й ідеологічної історії, iнноi історії не існує, хоча існує безліч варіантів історії. Але всі ці варіанти визначаються культурним полем, інстицiєй, самим істориком. Я з вами зовсім згодний, що в кожній державі є дві історії: офіційна, легітимизацийна і є історія наукова, що існує в рамках наукових парадигм, з якої ми можемо розходиться або сходитися. Але в більшій або меншому ступені кожний з нас у своїх справах залежить від історіографичних традицій. Це безсумнівно. І я думаю, це не буде для Вас відкриттeм.
И небольшое возражение господину Пантелееву. Я удивляюсь. Это такие стереотипы? Галицийская идеология! Я не знаю такой идеологии. У нас есть украинская идеология. Безусловно, современная государственная идеология есть национализм, но не в том плане, к которому мы привыкли в советские времена, а в идеологическом. Национализм может быть либеральным, радикальным, можно найти много видов национализма. И в этом плане тот радикальный национализм, который Вы называете галицийским – это маргинальное явление и в Западной Украине и в Украине в целом. Я это могу сказать со всей ответственностью. Я могу привести один пример. Те партии, которые считаются радикально-националистическими, на выборах собирают от силы до 2%.
М.В. Дмитриев. Я отзовусь на то, что говорит Леонид Афанасьевич. Он считает сказанное бесспорным и очевидным, но на самом деле никто ещё не доказал, что в детерминации нашего личного понимания истории так наз. «национальная» принадлежность непременно играет решающую (а не десятую) роль. И почему нужно исходить из того, что национальная принадлежность Петрова или Петренко будет предопределять их отношение к истории, ни с логической, ни эмпирической точки зрения мне лично пока не понятно…

В.Ф. Верстюк. У мене одна репліка відносно виступу мого колеги. У принципі мені видасться ми часто на наших засіданнях говоримо, не знаючи предмета. Я не розумію, як можна було однозначно говорити про українську ситуацію, оскільки, наприклад, у науковім українськім середовищі існує багато точок зору із приводу голодомору. Точка зору Владислава Сталиславовича не збігається з думкою Василя Івановича. Це нормально. це науковий дискурс. Без цього не буде науки. Говорити про один нарратив, який створюється? Що ми говоримо про шкільні підручники? На те вони й шкільні підручники, що дають лише спрощений стислий і загальний погляд на історію України й шукати там науку не видаетися. Це цільком ясно. І навіщо я це говорю? В Україні немає одного підручника. Є альтернатива. Принаймні написано два підручники по одному курсу й вони відрізняються не тільки авторами, але й різним наповненням. Це здобитек України. Це треба зрозуміти. У кожному університеті використовують власний курс історії України. А це наше лихо. Це вже не шкільний підручник а це як би перехід на більш високу стадію. і потрібна якась методологія. Методологія на те й створюється, щоб знаходити ефективний шлях до розв’язання проблеми, і вона не є страшною перепоною на чомусь.
М.В. Демурин: Я хотел бы высказать по трем вопросам: можно ли оставить историю в прошлом, о государственной истории и о церкви. Конечно, историю в прошлом оставить нельзя и в этом меня убеждает опыт долговременной работы в прибалтийском направлении. Если оставлять историю в прошлом, закрывать глаза на разногласия и начинать с чистого листа, то это заканчивается тем, чем в прошлом году закончилось с Эстонией. Не имеет право государство оставлять историю в прошлом, если оно имеет дело с государством, которое оскорбляет национальные чувства твоего народа. Это обязанность государства защищать свою историю и национальные чувства своих граждан. В противном случае тот, кому попустительствует в оскорблении национальных чувств другого может дойти до такой степени оскорбления, что ответ будет сокрушительным и государство не удержит общественный ответ на такое оскорбление. Во-вторых, государственная история. В свое время Дмитрию Сергеевичу Лихачеву задали вопрос: правильно ли выражение о вкусах не спорят. То же самое о фактах, с которыми не спорят. И Лихачев правильно ответил. Да. Это верно, если речь идет о моде, пищи, но в вопросах культуры о вкусах спорят. А вопрос истории – это вопрос культуры и об истории спорят. Поэтому если мы говорим об истории как науке мы всегда найдем точки соприкосновения. Если мы говорим о государственной истории, то не будет прикрывать этим эвфемизмом идеологии. Государственная история – это идеология. Очень полезная, нужная вещь. Каждому государству в период своего становления особенно. В-третьих. Тут молодой человек пытался рассуждать о русской православной церкви, не понимая, что такое церковь, и что такое православная в ее верном хомяковском представлении церковь. Церковь – это не церковная иерархия, это не митрополиты и епископы, но это народ Божий, осененный Святым духом; он никак не может быть близок к российскому государству и с ним сраститься, поскольку российское государство сейчас проводит политику далекую от нужд православного народа. Если Вы говорите о клерикализме, то укажите, пожалуйста, на иерарха, который занимает хот бы один государственный пост. Не надо рассуждать о церкви в современной России, если Вы не понимаете, что такое церковь в принципе. Зачем это?

С. Пантелеев. К вопросу об украинском национализме и региональном аспекте. Дело в том, что современный украинский национализм имеет достаточно четкую региональную привязку и мы хорошо знает об украинском Пьемонте на примере Галиции и поэтому используем термин «галицийский национализм», который воспользовался возможностью, которую ему предоставила история. При этом вся остальная Украина, православная, «русская» Украина, я позволю использовать такой термин, так как на этой Украине говорят на русском языке и исповедывают православную веру, стала объектом давления со стороны региональной галицийской идеологии.

С.В. Савченко. Я хотел напомнить, что в моем родном Днепропетровске 67% населения – этнические украинцы. И при этом в городе двуязычие. В доме обычно говорят на украинском, не чистом, конечно, суржике, но, выходя на улицу, переходят на русский. Это последствие русификации, проходившей со времен Сталина до Горбачева.
Г. Муртазова. Хотелось бы поддержать выступление господина Жовниренко. Я присоединяюсь к его точки зрения. И все юристы, с которыми я имею дело на разных научных конференциях, соглашаются, что история – это наука субъективная. Уважаемые историки, очень хотелось бы, чтобы Вы услышали и не только слышали. 2001=2008 гг. – это становление украинкой государственности, в Украине выросло новое поколение, которое мыслит себя украинцами и не ассоциирует националистов с теми людьми, кто не любит чужих наций. В Украине произошел кризис государственной власти, моральный кризис, переоценка ценностей и перестановка приоритетов. И два слова по Крыму. Крым – это горячая точка. Одна украинская школа, своя конституция и три языка, имеющих областной статус: украинский, крымско-татарский и русский. В украинской школе 70% детей – это крымские татары. Нет национальной школы для крымских татар и нет в этом смысла. И это совершенно правильное движение, признающее права малых народов в совершенно замечательном, открытом для диалога государстве Украина.
К. Федевич. Короткий комментарий об оскорблении исторической памяти и о тяжелых последствиях этого для Эстонии. Мне кажется неверной сама мысль, что какая-либо соседняя нация может пострадать из-за того, что мои национальные чувства были оскорблены. Иногда замкнутость полезнее, чем реакция. Лучше обращать внимание на украинское, белорусское и эстонское общество, которое в большинстве своем пассивно к истории и ничего о ней не знает, чем жестко реагировать на те или иные огрехи в национальной политике.
М.В. Демурин: Я отвечу коротко. Коллега правильно считает, что каждая нация имеет право на собственную историческую память, но есть вещи в истории, которые один раз и навсегда уже определены. Таким решением является классификация фашизма или нацизма и борьба с ним. Но если говорить методологически, то если признавать право на историческую память и никогда не обижаться, если ее обижают, то тогда надо признать право личности на собственную память и не обижаться, когда государство расходится с этой личностью в трактовке событий. Но такого не происходит. В Латвии принимается закон о уголовном наказании за непризнание факта оккупации. Правительство принимает закон и меры в отношении личности. Я боюсь, что такой закон будет принят и на Украине.
О.Б. Неменский (Институт славяноведения РАН). Сегодня в нашем разговоре очень ярко проявилась одна принципиальная черта вообще украинско-российских отношений последних 15 лет. У нас отсутствует положительная повестка дня. Нам нечего предложить в положительном плане. Мне нравится, что в докладе П.Г. Жовниренко прозвучало слово «конфликт». Само слово мне, конечно, не нравится. Но, к сожалению, это слово правдивое, его надо произносить, оно действительно описывает, что происходит в наших отношениях. У нас не хватает позитивной повестки дня. Если смотреть по тому, что это проявилось в нашем разговоре, то причины очень глубокие, причины в идеологии наших государств, в России, скорее в ее отсутствии, в состоянии холодной гражданской войны, в том, что мы боимся идеологизировать нашу политику. В Украине тоже раскол, и та идеология которая есть направлена на обособление и отделение от России и включение в иное геополитическое и геокультурное пространство. В этом плане сейчас мы живем в эпоху стратегической неопределенности, неопределенности в отношениях между Украиной и Россией и в этом пространстве вообще. У нас нет стратегического видения, как будут строиться эти отношения на краткосрочный и дальнесрочный периоды. У Украины также нет видения места страны в системе международных отношений. Есть разные точки зрения, но по большому счету мы живет в условиях стратегической нестабильности. И что обычно происходит в таких ситуациях – это яркое событие в международной жизни, которое становится точкой бифуркации, которая вынуждает всех довольно быстро и жестко определить свои позиции. До этой точки мы еще не дошли. Тут говорили, что Крым – это горячая точка, но слава Богу еще не горячая. Но если станет, то будет этой точкой бифуркации. Это очень опасно, но такая перспектива есть.

Можно перечислять разные варианты. Наша задача, задача интеллигенции и научного сообщества - подготовить свои страны и политические сообщества к тому, как будет определен геополитический он после будущей точки бифуркации. Сейчас же у нас пока ситуация неопределенности и отсутствие позитивной повестки дня.
1   2   3   4   5   6   7   8   9

Похожие:

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconПрограмма : Е. В. Русина, к и. н., Институт истории, Киев, нану
Когда украинцы стали украинцами, а русские русскими? Складывание украинского, великорусского и общерусского самосознания в Средние...

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconУчебно-методический комплекс по модулю б в 1 «История западноевропейской...
Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Московский государственный...

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconИсторический путь российской Конституции, 1917-1993
Абрамович А. М. Конституция СССР – воплощение ленинской национальной политики / А. М. Абрамович; ред. В. А. Круталевич; ан бссср;...

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconТребования к оформлению реферата по дисциплинам «История», «Культурология»,...
Обязательным видом самостоятельной работы студента по учебной дисциплине «История» «Культурология», «Мировые цивилизации, философии...

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconПамяти Владимира Петровича Стулова
...

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconАссоциация российских географов-обществоведов (арго) Институт географии...
«Социально-экономическая география в XXI веке: вызовы и возможные ответы». Организаторы конференции: Ассоциация российских географов-обществоведов...

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconЗакончил лгу, исторический факультет, 1970. Специальность: историк-археолог
Кандидатская: Мочика, Перу: опыт историко-этнографическая реконструкции. Ленинград, Ученый совет иэ ан ссср, 1977, Л

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconПрограмма Фестиваля Мероприятия мгу имени М. В. Ломоносова Механико-математический факультет мгу
«Математическое моделирование природной среды и климата». Презентация чл кор. Ран в. Н. Лыкосова

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconСанкт-петербургского государственного университета
Бакалаврская программа, осенний семестр 2008/2009 учебного года. Исторический факультет. Код специальности: 020700 (История)

Программа : О. Билый (д ф. н., Институт философии нану): Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР. Ю. Я. Терещенко (к и. н., Исторический факультет мгу): История российско-украинского «развода» iconРоссийской Федерации Государственный университет Высшая школа экономики...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:


Литература


При копировании материала укажите ссылку ©ucheba 2000-2015
контакты
l.120-bal.ru
..На главную